Росомаха. Том 5
– Я как бы Бог! – окрысилась странная зверушка. – И не называй меня зверушкой! Жить хочешь? Но будешь должен!
– И что ты попросишь за это? – поинтересовался я.
– Чтобы ты выжил! Жил и выживал, врагов будет много, – прорычал он. – Ну и мне поклонялся. Росомаха новорождённая, тьху, блин. И да, бонусом получишь меня в качестве личного бога, плюс дары от меня, понял?
Битвы, но без баталий, лут обязательно. Эротики не предполагается. Академия со второго тома. Немного юмора, капелька слезливых моментов будут. Превозмогания? Ожидаются, но фоном.
В общем, будет интересно, гарантирую. Но это не точно) Точнее точно, но не всем.
Примечания автора:
Произведена вычитка, редакторская и корректорская правки. и косяки про наложение персонажей тоже убраны) текст немного подрос.
Глава 1
Остаток учебного дня пришлось пережидать, как затянувшуюся осаду. На истории я смотрел поверх тетради на мокрый двор и прикидывал, сколько подходов вело к фонтану за главным корпусом.
Дождь закончился час назад. Вода ещё стекала с медных карнизов, собиралась в швах между плитами и блестела на чёрном асфальте. Если неизвестная решила устроить засаду, место она выбрала удобное: старые деревья, две боковые аллеи, глухая стена архива и десяток окон, из которых вечером никто не смотрел.
— Росомахин, — раздражённо произнёс преподаватель, постучав костяшкой пальца по кафедре. — Если устройство двора занимает вас больше устройства империи, поделитесь хотя бы причиной.
В аудитории зашуршали тетради. Кто-то за моей спиной подавил смешок, а сосед торопливо убрал локоть с моей половины стола.
— Причина исключительно в моей невоспитанности, — отозвался я, поднимаясь. — Повторите вопрос, пожалуйста.
— Чем знаменит указ Кречетова Второго о разделении родовых земель? — сухо произнёс старик, глядя поверх очков.
Я пересказал нужный параграф: порядок наследования, запрет дробить военные наделы ниже установленной меры, переход выморочных земель короне. Преподаватель выслушал, поджал тонкие губы и махнул мне на скамью.
— Садитесь, Росомахин, — проворчал он, перелистывая конспект. — В следующий раз размышляйте с открытым учебником. Так это хотя бы выглядит прилично.
До звонка он меня больше не трогал. Я записывал даты и одновременно прокручивал вечернюю встречу, но ничего нового не придумал. Неизвестная блондинка могла принести сведения, приманку или нож. Все три варианта требовали явиться.
После занятий коридор заполнился голосами, мокрыми плащами и запахом дешёвого табака. Я прижался к подоконнику, пропуская поток студентов. Леонид заметил меня у лестницы, замедлил шаг, но после моего короткого жеста только кивнул и ушёл вместе со своей группой.
— Ты весь день считаешь ворон, — настороженно произнесла Арина, подойдя сбоку и взяв меня под локоть. — На тренировке едва не пропустил удар, на истории чуть не уснул. Что происходит?
— Плохо спал, — уклончиво отозвался я. — Ничего, что нельзя исправить ужином и нормальной кроватью.
Она прищурилась. Рыжая прядь выбилась из причёски и прилипла к виску, но поправлять её Арина не стала.
— Врёшь ты сегодня отвратительно, — пробормотала она, сильнее сжав мой рукав. — Даже хуже обычного.
— Значит, расту над собой, — усмехнулся я. — Раньше ты замечала через пять минут, теперь понадобилась половина дня.
Лиля стояла рядом, прижимая к груди две книги. Она не пыталась вытянуть из меня признание, только следила за лицом, будто искала следы ранения.
— Если понадобится помощь, позови, — тихо произнесла она. — Не после того, как всё закончится, а до.
— Позову, — пообещал я, накрыв ладонью пальцы Арины. — Сегодня мне нужно кое-что проверить. Пока это всё, что я могу рассказать.
Арина разжала руку не сразу. Потом шумно выдохнула и отступила к Лиле.
— К ужину вернись, — строго велела она. — И постарайся обойтись без крови. Василий потом отстирывает твои рубашки и обвиняет в этом меня.
— Постараюсь не разорять дом на мыле, — отозвался я.
Они ушли к выходу, несколько раз обернувшись. Я дождался, пока их скроет лестничный пролёт, и направился к преподавательскому крылу.
В кабинете Юрия пахло кофе, бумагой и горячим металлом. На краю его стола остывала раскрытая артефактная пластина, рядом лежали щипцы и три исписанных листа. Учитель сдвинул всё это локтем, когда я закрыл дверь.
— Выкладывай, — хмуро произнёс он. — У тебя лицо человека, который уже принял плохое решение и пришёл за благословением.
— Вечером встречаюсь с той блондинкой, — сообщил я, опускаясь на стул. — У фонтана за главным корпусом. Она утверждает, что хочет помочь.
Юрий взял кружку, обнаружил на дне холодный остаток и поставил обратно.
— И ты, разумеется, пойдёшь один, — процедил он. — Потому что жизненный опыт гладиатора учит прежде всего разумной осторожности.
— Для неё я буду один, — уточнил я. — Альфред расставит людей вокруг парка. Если она заметит отряд, то не подойдёт. Если готовит засаду, получит неприятный сюрприз.
Юрий побарабанил пальцами по столу. Серебряное кольцо на его мизинце коротко вспыхнуло, проверяя защиту кабинета.
— Маяк не снимай, — жёстко велел он. — И не позволяй ей касаться кожи, одежды, оружия или твоих артефактов. У ключников половина дряни работает через контакт.